![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
riidekastУжасно бесит, когда детей заставляют называть всех подряд "дядя имярек" или "тётя имярек". И сама в детстве этому противилась. Вообще, как я смотрю, очень многим претят подобные вещи, навязываемые в детстве, но тем не менее оно продолжается от поколения к поколению.
В моём детстве среди многочисленных "дядь" и "тёть" этого звания достойны были только два дяди и одна тётя.
Тётю звали Лена, она была не то экс-коллегой матери, не то просто подругой. От неё всегда приятно пахло пирогами (а не тошнотворной парфюмерией), у неё были две таксы, фамилия "Яблокова" и красивый блондинистый хвост, и меня назвали в её честь. На такую тётю я была согласна. Тёти-родственницы, что тогда, что теперь, вызывают только чувство иррационального ужаса.
В общем, почти что чувство ужаса вызывал у меня и один из тех "дядь", которые достойны называться дядями. Дядю звали Валера. У него было круглое лицо с пиратской бородой и карие глаза. В общем, такая колоритная физия явно выделялась и имела право на звание дяди. Этот дядя Валера когда-то вместе с отцом ездил в командировки устраивать освещение на выставках, а в 89-90 годах решил заморочиться на кооператив и делать меховых кошек с качающимися головами на пружинках, а к нам приезжал на посоветоваться с отцом, как лучше сконструировать кошку, каким мехом её отделывать и так далее. Всё бы ничего, но в каждый свой визит он извлекал меня отовсюду, куда бы я ни пряталась, и начинал терзать риторическими вопросами в духе "а кто это у нас такой пухленький!" Бр-р-р-р. Наконец я отважилась сказать, что мне это всё не нравится, а в особенности слово "пухленький", и, дядя Валера, а вам понравится, если я буду вас дёргать за бороду всякий раз, когда вы к нам приходите? Дядя Валера ЧЕСТНО ИЗВИНИЛСЯ, подарил мне образец кооперативной кошки и больше меня не доставал.
В 1991 году выставки и осветительство закончились, отец пошёл халтурить на какую-то стройку. Тогда к нам стал заходить второй человек, удостоившийся в моих глазах звания "дяди". Родители между собой его звали "Батоном", в миру он был Сергеем Батоновым, а для меня остался чем-то средним между "дядей Серёжей" и "дядей Батоном". В отличие от дяди Валеры, который был весь круглым и коричневым, дядя Батон был весь какой-то худой, серый, как будто обсыпанный пеплом, и угловатый. Но тоже с бородой. Вообще он был похож на один из автопортретов Хорста Янсенна в большом альбоме.
Однажды мне приснилось, что в доме появилась кошка, дикая и неуправляемая, которая бегает, мяукает и царапает всех подряд. Проснулась... и наяву слышу мяуканье. Как выяснилось - дядя Батон подобрал где-то кошку, жена сказала: "или я, или кошка", и Батон с кошкой пришёл к нам. В семь утра. И остался на два месяца. С кошкой.
Собственно, он меня и познакомил со всей прелестью феномена "Кошка в доме". Не знаю, как отец смог уговорить мать, чтобы она не выкинула Батона с кошкой в первый же момент.
Через два месяца дядя Батон нашёл себе угол в общаге и собрался туда увозить свой нехитрый скарб и кошку. Когда я об этом узнала, опечалилась - только подружилась с кошкой, а вот и снова её не будет. А свою завести мать ведь не даст... Перед отъездом Батон принёс мне кошку: "На, попрощайся, ведь больше не увидитесь!" А я отворачивалась от кошки и отталкивала Батона: "Не хочу, убери, не мешайте мне мультики смотреть". Долгие прощания - долгие печали. Так они и уехали. Потом плакала. По кошке, и по тому, что с дядей Батоном можно было просто подолгу разговаривать вне возрастов. Он никогда не сюсюкал и не пытался подстроиться. Хотя мне было лет 6, а ему раз в пять больше.
А это та кооперативная кошка, что подарил мне дядя Валера.
В моём детстве среди многочисленных "дядь" и "тёть" этого звания достойны были только два дяди и одна тётя.
Тётю звали Лена, она была не то экс-коллегой матери, не то просто подругой. От неё всегда приятно пахло пирогами (а не тошнотворной парфюмерией), у неё были две таксы, фамилия "Яблокова" и красивый блондинистый хвост, и меня назвали в её честь. На такую тётю я была согласна. Тёти-родственницы, что тогда, что теперь, вызывают только чувство иррационального ужаса.
В общем, почти что чувство ужаса вызывал у меня и один из тех "дядь", которые достойны называться дядями. Дядю звали Валера. У него было круглое лицо с пиратской бородой и карие глаза. В общем, такая колоритная физия явно выделялась и имела право на звание дяди. Этот дядя Валера когда-то вместе с отцом ездил в командировки устраивать освещение на выставках, а в 89-90 годах решил заморочиться на кооператив и делать меховых кошек с качающимися головами на пружинках, а к нам приезжал на посоветоваться с отцом, как лучше сконструировать кошку, каким мехом её отделывать и так далее. Всё бы ничего, но в каждый свой визит он извлекал меня отовсюду, куда бы я ни пряталась, и начинал терзать риторическими вопросами в духе "а кто это у нас такой пухленький!" Бр-р-р-р. Наконец я отважилась сказать, что мне это всё не нравится, а в особенности слово "пухленький", и, дядя Валера, а вам понравится, если я буду вас дёргать за бороду всякий раз, когда вы к нам приходите? Дядя Валера ЧЕСТНО ИЗВИНИЛСЯ, подарил мне образец кооперативной кошки и больше меня не доставал.
В 1991 году выставки и осветительство закончились, отец пошёл халтурить на какую-то стройку. Тогда к нам стал заходить второй человек, удостоившийся в моих глазах звания "дяди". Родители между собой его звали "Батоном", в миру он был Сергеем Батоновым, а для меня остался чем-то средним между "дядей Серёжей" и "дядей Батоном". В отличие от дяди Валеры, который был весь круглым и коричневым, дядя Батон был весь какой-то худой, серый, как будто обсыпанный пеплом, и угловатый. Но тоже с бородой. Вообще он был похож на один из автопортретов Хорста Янсенна в большом альбоме.
Однажды мне приснилось, что в доме появилась кошка, дикая и неуправляемая, которая бегает, мяукает и царапает всех подряд. Проснулась... и наяву слышу мяуканье. Как выяснилось - дядя Батон подобрал где-то кошку, жена сказала: "или я, или кошка", и Батон с кошкой пришёл к нам. В семь утра. И остался на два месяца. С кошкой.
Собственно, он меня и познакомил со всей прелестью феномена "Кошка в доме". Не знаю, как отец смог уговорить мать, чтобы она не выкинула Батона с кошкой в первый же момент.
Через два месяца дядя Батон нашёл себе угол в общаге и собрался туда увозить свой нехитрый скарб и кошку. Когда я об этом узнала, опечалилась - только подружилась с кошкой, а вот и снова её не будет. А свою завести мать ведь не даст... Перед отъездом Батон принёс мне кошку: "На, попрощайся, ведь больше не увидитесь!" А я отворачивалась от кошки и отталкивала Батона: "Не хочу, убери, не мешайте мне мультики смотреть". Долгие прощания - долгие печали. Так они и уехали. Потом плакала. По кошке, и по тому, что с дядей Батоном можно было просто подолгу разговаривать вне возрастов. Он никогда не сюсюкал и не пытался подстроиться. Хотя мне было лет 6, а ему раз в пять больше.
А это та кооперативная кошка, что подарил мне дядя Валера.